Персональный сайт
                    С.В. Кульневича
 


История школы и педагогической мысли

:::   


ИЗДАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ УЧЕБНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В XVII В.

В целом учебная литература рассматриваемой эпохи, так и не сформировавшаяся окончательно в особый тип книги, накопила значительный внутренний потенциал, который реализовался в дальнейшем, при образовании развитой сети школ Русского государства. ИЗДАНИЕ И РАСПРОСТРАНЕНИЕ УЧЕБНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ В XVII В.

Московский Печатный двор

Изучая вопросы народного образования, и в частности учебной книги XVII в., мы прежде всего обращаемся к продукции Московского Государева Печатного двора — основной русской типографии, выпускавшей в XVII в. больше книг, чем все остальные типографии этого времени, печатавшие книги кириллического шрифта, которые становились частью культуры России и славянских стран Балканского полуострова, Украины, Белоруссии, Литвы и даже далекого Афона.

Первая половина XVII в.— время, когда в России печатная книга завоевывает наконец сначала равноправное положение с рукописной книгой, а затем постепенно начинает вытеснять последнюю. Но процесс этот захватывает лишь важнейшие с точки зрения государства и церкви области, в руках которых полностью было сосредоточено русское раннее книгопечатание. Очевидно, что на первом месте по своей идеологической значимости (и практической потребности) в течение всего «бунташного», принесшего крупнейший церковный раскол XVII века была книга литургическая. Именно ее тексты содержали основы догматического, социального, политического, правового и этического учения православной церкви, ставшего сущностью государственной идеологии средневековой Руси. Каждый вышедший из стен Государева Печатного двора экземпляр этих книг становился политическим явлением, так как обычно включал развернутое послесловие, содержащее хвалу Русскому государству, правящей династии, царю и православию. Два основных древнейших типа литургической книги и стали книгами для первоначального обучения всех слоев русского средневекового общества вплоть до XVIII в.

Освоив Азбуку (позднее получившую вид Букваря), все, кто обучался грамоте, от царевича до крестьянского сына, учились по Часовнику (с середины XVII в.— Часослову), а затем — по Псалтыри. Выше уже говорилось о совершенно особенном значении этих книг, первая из которых содержала большинство литургических текстов, повторявшихся ежедневно и связанных с суточным кругом служб. В них заключались самые общие и важные, отобранные и отшлифованные веками для произнесения вслух и запоминания тексты. Ряд текстов Часовника во время службы произносились самыми низшими чинами клира, не имевшими никакого церковного сана,— чтецами и певцами. Следующей книгой для обучения, изучение которой являлось фактически завершением образования для громадного большинства грамотных людей всех слоев русского общества, была Псалтырь —«царь-книга», «книга книг». Текст песен Псалтыри создавался народом в течение многих веков, и в ней в предельно точной, присущей народному творчеству образной форме передано бесконечное разнообразие общечеловеческих чувств, тонких оттенков эмоциональной и духовной жизни, хотя все это и подано в «перевернутом» виде, «опрокинуто» в сферу взаимоотношений человека с некоей высшей силой. Поразительная красота поэтических текстов Псалтыри, их вполне реальная, земная значимость много веков служили принципиально противоречивую службу человечеству. С одной стороны, она знакомила каждого с глубочайшим произведением человеческой мысли, заставлявшим любого пристально взглянуть на свои душевные переживания и ощутить их общую значимость; и недаром тексты Псалтыри, ее образы и идеи вошли во все виды христианского искусства и литературы, стали поговорками и крылатыми выражениями — частью национальной культуры всех европейских, в том числе и славянских, народов. С другой стороны, Псалтырь именно в результате своей художественной формы была идеальным, интимным и ненавязчивым проповедником идеологии христианства. Если, говоря о Часовнике и Псалтыри, попытаться применить к ним, с одной стороны, наши представления об учебных книгах, а с другой, вспомнить об основной цели средневекового обучения — подготовка грамотного христианина, законопослушного члена сословного государства, то станут вполне очевидны причины, обусловившие их выбор в качестве двух основных книг для первоначального обучения и столь длительное традиционное сохранение ими этих функций даже в XVIII и XIX вв. Именно эти, самые основные, главные для обучения книги и издает в XVII в. Государев Печатный двор.

Предыдущая | Следующая

 



© С.В.Кульневич

Hosted by uCoz